Мы актеры, всю свою жизнь исполняющие какую-нибудь роль. Все зависит от обстоятельств, в которые мы попадаем.
Уже в детстве, мы учимся примерять на себя маски, которые (не обязательно все) потом будем использовать в жизни. Правда, не всегда с успехом. В детстве это получается значительно лучше, ибо ребенок, в отличие от взрослого, непосредственный и свято верит в ту маску, которую примеряет.
Они лучше взрослых чувствуют ложь. Они острее воспринимают происходящее вокруг, потому что в это время их мозг впитывает в себя «сумасшедшие» объемы информации. Не помню где, прочел, что ребенок проходит все стадии развития человечества.
Не зная еще истинных причин явлений, они строят свои собственные логические построения, часто основываясь на внешних поверхностных проявлениях.
В своих «экспериментах» с «масками» они (сознательно или нет, не знаю), в первую очередь копируют своих родителей.
Мне часто доводилось замечать у мальчишек жесты, мимику, интонации их отцов.
Они торопятся скорее повзрослеть, считая, что взрослые могут все то, что запрещают им. Установленные рамки их подавляют. Они хотят свободы выбора.
И примеряют, примеряют, примеряют на себя «маски» взрослых.

Два товарища (12 лет) пригласили двух девочек из своего отряда на дискотеку.
Я до сих пор жалею, что у меня не было под рукой видеокамеры, или, на худой конец, фотоаппарата.
От самого корпуса до танцплощадки они шли по центральной аллее лагеря с таким видом, словно сопровождали знатных особ на званый вечер или бал. С гордо поднятыми головами, взяв дам под руки, они чинно вышагивали, ни на кого более не обращая внимания.
Причем, одного из приятелей совершенно не смущало то, что его чистая белая рубашка давно не встречалась с утюгом.
Но я не мог нарушить эту идиллию. И только благоговейно проводил их взглядом.
***
Другой мальчишка, поляк, назовем его Янэк, «разыграл» целый спектакль, заставив меня прилично поволноваться.
Это случилось, когда я работал с детьми из Польши.
Заканчивался обед. Внезапно Янэк вскакивает из-за стола и со стоном хватается руками за живот. Руководители группы забеспокоились.
- Что случилось? – Подскакиваю я к мальчику.
- Живот болит! – Корчится Янэк.
Я сказал, что отведу Янэка в медсанчасть. И буквально понес его на руках. Всю дорогу он крутил головой, стараясь заглянуть через мое плечо, чем усложнял передвижение. Добравшись до медпункта, укладываю его на кушетку.
Врач осматривает Янэка, и через меня задает ему вопросы, чтобы выяснить в каком месте больно.
Через две минуты Янэк сказал, что ему уже легче, что сейчас все пройдет, и если можно, то он уже хочет идти к ребятам.
И, как врач не пыталась его уговорить, чтобы он полежал еще немного, мальчишка ни в какую не хотел оставаться.
Он поблагодарил врача, и мы с ним пошли восвояси.
Всю дорогу до корпуса я поглядывал на него, стараясь определить, как он себя чувствует.
Где-то на полпути Янэк остановился и сказал:
- Пан, ничего не случилось! Все в порядке! У меня ничего не болело!
-???!!!
Янэк улыбнулся и спросил:
- А пан никому не скажет?
Я пожал плечами. Обычно, в таких случаях я говорю: «Если не веришь, - лучше не говори».
- Просто, мне нравится одна девочка. И я хотел проверить, как она себя поведет, если мне станет плохо. Извините, что напугал.
До корпуса мы шли молча…

А за несколько лет до этого случая, произошла целая детективная история.
***

Мальчишки. Первая любовь? (2)
Почти детективная история.

У нас, впрочем, как и в других лагерях, категорически запрещалось курить при детях. Делай, что хочешь, но если администрация застанет курящим при детях, неприятностей не оберешься.
Мы ныкались от детей, а те, в свою очередь, от нас. Такая своеобразная игра в прятки.
В моем же отряде в этом отношении была «тишь, гладь да Божья благодать». Я был спокоен за своих орлов. До тех пора, пока один вожатый не сказал мне, что видел, как они курили. Вожатый сказал, что не заметил, кто именно там был, но по росту похоже на моих ребят.
Я не поверил. В одиннадцать лет – не может быть!
Прошу учесть, что это были времена совдепии и дети тогда не были так раскрепощены, как сейчас.

Я старался не сильно ущемлять свободу ребят, разрешая им отлучаться из корпуса, если отряд не был чем-нибудь занят. Но с обязательным условием говорить мне, куда они идут и когда вернутся.

И вот, мне говорят, что они курят!!!
Нет, внешне ничего не изменилось. Я только внимательнее стал присматриваться к тому, куда ходят мои пацанята.

Все началось с дискотеки.
Обычно дискотеки проводились в просторном павильоне. Снизу, примерно по пояс, его стены состояли из деревянных досок. А дальше, почти до самого потолка из небольших квадратных стекол, скрепленных между собой деревянными рейками.
В теплую погоду во время дискотеки (320 детей) павильон превращался в парилку. Не помогали даже открытые форточки.
На стыке деревянной обивки и окошек был узенький подоконник, на который можно было облокотиться. Это часто ставало причиной того, что стекла вылетали от соприкосновения с чьим-нибудь неосторожным локтем, тем самым, добавляя в павильоне отверстия для вентиляции. Но и они мало помогали.
Я, как раз, и стоял возле такого отверстия, когда снаружи донесся тихий разговор.
Фундамент павильона был высоким и говорившие не могли видеть, как я высунул голову в окно. Они сидели на корточках у сосны, растущей у самой стены павильона.
- Мне брат обещал сегодня вечером принести пару штук.
- А мне дашь одну?
- Целую сигарету? Хитрый какой!
- Ну, хоть затянуться пару раз.
- Посмотрим. Если брат еще принесет.
Осторожно, чтобы не разрушить половину павильона, втягиваю голову вовнутрь.
Так! Оба гаврика из моего отряда! Значит, все-таки курят! Мда! Неприятно!
После дискотеки собираю свой отряд, и мы дружной толпой идем в корпус.
Каждый вечер я заходил к своим орлам, чтобы посмотреть все ли на месте, у всех ли помыты ноги, спросить, как они себя чувствуют, и понравился ли им прошедший день.
В тот вечер я внимательнее обычного присматривался к мальчишкам. Особенно к тем двоим, которых подслушал на дискотеке.
- Интересно, принес брат сигареты или нет? – Размышлял я, поправляя чью-то небрежно брошенную одежду. - В корпус шли все вместе. Брата, во всяком случае, я не видел. Может, он принес, когда мальчишки мыли ноги?
Ну, ладно, утро вечера мудренее.
Да! Совсем забыл сказать! В день дискотеки подрались двое моих архаровцев. Я об этом ничего не знал. А драка сыграла определенную роль в этой почти детективной истории.
***

Драка – пустяки! Дело житейское!
Но, драка драке – рознь! И мне кажется, что взрослый не должен оставлять без внимания случаи детских драк. И не потому только, что результатом драки может быть увечье.
При решении подобных конфликтов взрослому, практически всегда приходиться принимать «соломоново решение».
Я неоднократно сталкивался с тем, что был «прав» зачинщик, а не его «жертва».
Первое время я терялся оттого, что совершенно не мог понять, кто же виноват на самом деле. И «виновник» и «жертва» (поди, разбери, кто из них кто) с пеной у рта доказывали свою правоту, чуть ли не снова начиная драться.
Со временем я понял, что мальчишкам просто не хватает ни средств выражения, ни аргументации, ни терпения выслушать своего оппонента. Куда проще, «дал в дыню» и порядок!
И мне, похоже, удалось найти способ решения подобных конфликтов.
А подглядел я его на семинаре вожатых, когда там проводился «Спор-клуб». Или «Мозговой штурм», не помню. Короче, неважно.
***

В одном лагере в день заезда, сразу после того, как детки располагались в своих корпусах, объявляли сбор на «рабочую» линейку. На ней ребятам показывали место каждого отряда, порядок захода и выхода с линейки.
Но, самое главное, на ней ребят знакомили с Законами лагеря. Среди них был Закон воды. На территории лагеря находилось два бассейна: поменьше с горкой, и побольше - просто бассейн. Но, почти вплотную к ним примыкало небольшое, но красивое озеро. Когда-то на его месте было жуткое болото. А при строительстве лагеря болото осушили. И там оказалось несколько ключей. Дно привели в порядок. Так и получилось озеро. С одной стороны, в озеро полуостровом «входила» костровая площадка. На ней проводилось большинство различных конкурсов. А когда зажигали пионерский костер, то с противоположной стороны озера наблюдалось просто фантастическое зрелище!
И еще детей катали на лодках.
Сами понимаете, что и бассейны, и озеро являлись объектами повышенного внимания. Возле них выставлялся пост, а дежурный вожатый периодический обходил их с проверкой, все ли в порядке.
Закон воды запрещал детям самостоятельно находиться на этих объектах.

И вот, как-то, один шустрый мальчишка из соседнего отряда успел побывать на озере, до «рабочей» линейки. То есть, до оглашения Законов лагеря. Но его быстро обнаружили, и вожатый устроил ему приличную головомойку.
А на линейке, когда речь зашла о Законе воды, старшая, видимо в качестве примера назвала имя и фамилию нарушителя. Мальчишка тут же выскочил с линейки. И, добежав до забора, стал перелазить через него. Тем самым, нарушая Закон границы лагеря, гласящий, что детям запрещено покидать территорию лагеря без сопровождения вожатых!
Я для себя уяснил:
Во-первых: ребенка дважды наказали за один и тот же проступок.
Во-вторых: «публичная порка» - довольно жестокое наказание и не каждый ребенок согласится его спокойно принимать.

И я никогда не устраивал публичных сцен, «чтоб другим неповадно было». Я «разбирался» с провинившимся, так сказать, при закрытых дверях. А для других устраивал короткий брифинг, на котором говорил о ситуации в общих чертах. И объяснял детям, чем там или иная ситуация, на мой взгляд, считается неприемлемой или опасной. При этом, не называя имен. Хотя, чаще всего, ребята и сами знали (или догадывались), о ком идет речь.

Но, вернемся к дракам.
Я заводил драчунов к себе в комнату, садился в кресло и предлагал сторонам поделится своими впечатлениями о происшедшем событии.
Сначала выслушивалась версия одного участника конфликта. При этом, его оппоненту предлагалось внимательно выслушать своего «противника» с тем, чтобы потом «разбить» в пух и прах его гипотезу, изложив свою точку зрения.
Все попытки вставить хоть слово в рассказ оппонента моментально пресекались мною. Тем самым, хочешь, не хочешь, я заставлял ребят выслушивать друг друга. Затем, я высказывал свою позицию в этом деле, указывая сторонам, где они, на мой взгляд, были не правы. Конечно же, если к концу сам что-нибудь понимал.
Но, чаще всего, было достаточно дать ребятам возможность выговориться и выпустить пар. Конфликт рассеивался, практически, сам собой.
Дошло до того, что, когда я приглашал ребят на «разборки», они только ждали, кому из них первому придется излагать свой вариант конфликта.
Кстати, очень редко случалось, чтобы ко мне на «соломоновский суд» попадали повторно одни и те же мальчишки. Это совсем не значит, что они «излечивались» от драк. Это невозможно! Я и не ставил перед собой такую цель, а просто, насколько это возможно, стремился научить их слушать друг друга.
***

Но о драке в день дискотеки я узнал позднее.

Следующий день не принес никаких новостей. Было какое-то дружинное мероприятие, и все были полностью заняты подготовкой и его проведением.
А вот на следующее утро лед по настоящему тронулся. Ну, не в смысле «сошел с ума».
Смена была санаторная, и детки за сорок минут до приема еды должны были в столовой выпить стакан минеральной воды, и если кому было нужно, то и настой из трав.
Утром был единственный случай, когда они могли идти в столовую не строем. И они мчались в нее прямо с зарядки. Затем шли в корпус, стелили постели, готовились к утренней линейке.
В то утро, я зашел в первую комнату мальчишек и удивился тому, что они почти в полном сборе сидели на кроватях. Один сидел в шкафу и держал в руках куртку. Когда я вошел он ее резко отбросил на дно шкафа и поспешно вскочил.
Лица ребят были явно чем-то обеспокоены. Это чувство передалось и мне, но я не подал виду. Меня очень заинтересовала куртка в шкафу.
- Братцы! Вы что, совсем забыли про воду? Скоро на линейку, а вы еще в спортивках! А ну, дружно галопом в столовую и быстро назад!
Тогда в спортивках на линейку ходить не разрешали.
Архаровцев словно ветром сдуло.

Я же для себя решал маленькую проблему. Дело в том, что я никогда не лазил в вещи детей, без их присутствия или разрешения. Если была необходимость проверить состояние вещей на предмет грязных или еще каких, я это делал только в присутствии хозяина. И дело даже не в том, что меня могли обвинить в воровстве! Кстати, мне известны случаи, когда взрослые у детей воровали сладости! Дело в уважении к маленькому человечку и его собственности!
И вот теперь мне нужно было посмотреть куртку. Пожалуй, это, единственный случай, когда я позволил себе взять вещь, без ведома хозяина. Впрочем, себе я объяснил тогда это так: если там ничего особенного, то я положу куртку и на этом все, а если…
Я взял куртку и сунул руку в первый попавшийся карман.
У меня в руке оказался до ужаса потертый спичечный коробок, в котором находился бычок сигареты «Столичные»…
С минуты на минуту могли вернуться мальчишки из столовой, и мне нужно было срочно определить, как поступить в этом случае. Я рассуждал примерно так:
- Коробок реальная зацепка. Если я оставлю его сейчас в куртке, то нет никакой гарантии, что увижу еще раз. А если заберу, то ребята догадаются, что мне известно о нем. И тогда пропадет эффект внезапности. То есть, они смогут подготовить какую-нибудь отмазку и все дело пойдет прахом, - я уже ничего не выясню.
Стоп! Но ведь, если я его заберу, то при любом варианте это повод для разговора.
Я все же решился забрать коробок. Положив его в карман своих брюк, выхожу в коридор. Как раз вовремя. По аллее уже неслась толпа моих архаровцев.
Я, как ни в чем не бывало, «прогуливался» по коридору, ожидая их прибытия. Первым в корпус влетел жизнерадостный Витька и сразу бросился в комнату. Через мгновение он выскочил из спальни, но улыбки на его лице и след простыл. Он как-то странно посмотрел на меня, и направился в сторону ребят, но те уже «внесли» его обратно в корпус, а затем и в комнату.
По всей видимости в комнате мальчишки проводили «совет в Филях». Когда они снова вышли для построения на утреннюю линейку, их лица выражали тревожное ожидание.

Это была добротная куртка для сырой погоды и к тому же модная на то время. Не все родители могли позволить себе такую роскошь для своих детей. Поэтому совсем не удивительно, что ее успели поносить почти все мальчишки моего отряда. А принадлежала она Лешке, который жил в соседней комнате. Но я точно знал, что он не курит.
Эти обстоятельства усложняли установление личности хозяина коробка с окурком.
Я никак не проявлял себя, словно и не заходил к мальчишкам утром в спальню. А на самом деле, внимательно следил за их поведением, пытаясь на вскидку определить, кто мог подложить злополучный коробок.



Похоже, что именно это и выясняли между собой ребята, когда я после зарядки застал их в комнате.
Первоначальная гипотеза была такая: кто-то из ребят бегал в куртке покурить и забыл забрать коробок с бычком. А когда второй мальчик взял куртку то, обнаружив их там, сказал об этом ребятам. Но эта гипотеза никак не указывала на личность владельца коробка.

После завтрака, до посещения бассейна было свободное время, и я открыл выездную сессию «Частное детективное агентство».
Первым делом собираю ребят в их спальне. Поиграв немножко с ними в «гляделки», задаю вопрос:
- Ну, как дела? Что нового?
Ребята, переглядываясь между собой, неопределенно пожимая плечами.
Первым заговорил Костик.
- А хотите, я вас научу дым глазами пускать?
Мальчишки сразу «зашипели» на него.
- Научи! А ты, что, куришь?
Костик, как и Лешка, не курил. И это я знал точно. А суть его вопроса была проста.
- Ну, что вы дяденька играете с нами в прятки? И так ясно, что вас интересует. Так что не тяните, а говорите прямо! – Вот что означал вопрос Кости.
- Ладно! – Наконец заговорил я, как бы отвечая на подтекст заданного Костей вопроса. – Давайте на чистоту, кто из вас курит?
Я посмотрел на Генку. Мальчик не выдержал взгляда и отвел глаза в сторону.
- Что, совсем никто? – Вопрос прозвучал так, словно я искренне был расстроен этим обстоятельством.
В комнате гробовая тишина.
- Ген, не одолжишь сигаретку? А то у меня кончились.
Генка потупился.
- Видишь, Костик, нет никакой возможности взять у тебя уроки пускания дыма глазами. Или, все-таки, ты тоже начал курить?
- Я нет!
- А кто? – Глупый вопрос. Костик не ответит мне на него! – Погоди! Гена,
а разве брат не приносил тебе сигарет?
Мальчишка резко посмотрел на меня, снова опустил голову и, наконец, могильным голосом еле слышно произнес:
- Я курил.
- И твой приятель из второй комнаты тоже. – В тон ему проговорил я. – Пожалуйста, позови его и Лешку.
Не буду долго рассусоливать, тем более, что я уже и не помню дословно всего того, что говорилось тогда.
Коротко. В моем отряде курило шестеро архаровцев. Из их признаний следовало следующее: курили они всего пару раз. Бегали за шестой корпус, где была нычка пацанов старшего отряда. Там они подбирали оставшиеся бычки...
Бр-р-р-р! Фу, гадость!
- Братцы! Ну, ей Богу, лучше бы вы у меня попросили, что ли!
- А разве вы дали бы? – Спросил Костик.
- Да! Ты прав! Конечно же, нет! Вот что, мои дорогие! Я не собираюсь устраивать вам головомойку. Скажу только одно: не привыкайте к этой дурной привычке. Ничего хорошего она вам не принесет. Вот я сам курю, и бросил бы да не хватает силы воли. А вам не нужно и начинать. Я не собираюсь рассказывать о нашей с вами беседе кому бы то ни было, и вашим родителям в частности, но, если узнаю, что вы продолжаете «баловаться», то клятвенно обещаю вам откручивание головы вот этими руками. И последнее. Что вы можете мне рассказать об этой удивительной штуковине? - Я достаю из брюк коробок.
Молчание.
- Странно. Ребята, раз вы уже сознались в курении, то разве так трудно сказать, чей это коробок?
- А мы сами не знаем, чей он. – Костик явно заделался посредником между мной и ребятами.
- Ясно! Но он же как-то попал в карман Алешиной куртки. И если это не ваш, тогда, чей? Это же не грибок, чтобы от сырости завестись.
Ребята молчали.
- Видите ли, мои дорогие, в чем дело. Очень похоже на то, что кто-то специально подложил эту штуковину Лешке в куртку. Говоря откровенно, это подлость. И я хотел бы найти этого человека. Ладно! Собирайтесь в бассейн, а то пропустим свое время.
На этом выездная сессия «Частного детективного агентства» закрылось.
Мне нужно было подумать, как действовать дальше.

Lesnoe Oko